Кот, который гуляет сам по себе
Над Городом медленно дозревал июнь. Теплый, душный мрак висел в воздухе, дома и улицы, деревья и фонари - все тонуло, словно растворяясь в темноте. Кот сидел на подоконнике, всматриваясь в глубокое, беззвездное небо, и мысли его убегали одна за другой, унося свои тонкие хвосты быстрее, чем он мог ухватить хотя бы одну из них.
Затянувшие небо тучи прорезал бледно-оранжевый серп: это, предвещая рассвет, восходила старая луна. Кот наблюдал за тем, как тяжело взбирается она по небосводу.
- О ком ты плачешь, Луна? - спросил он, когда серп черкнул по крыше дома напротив. - Чье горе настолько тяжело, что не дает тебе подняться в небо?
"Я не плачу", - отвечала Коту Луна. - "Разве ты видишь слезы?"
- Я не вижу твоих слез, - отозвался Кот, - но я слышу, как рыдает твое сердце. Расскажи мне, что случилось?
Долго молчала Луна, все так же тяжело поднимаясь вверх. Тихий мягкий мрак обволакивал все вокруг, почти пряча ее.
"Я оплакиваю преданную душу, не способную больше поверить", - наконец ответила она, и голос ее таял глухим эхом между каменных стен домов. - "И сердце, разбитое собственными руками, чтобы избежать боли, которое уже никогда не станет прежним".
- Чья это душа и чье это сердце? - спрашивал Кот. - Может, я смогу чем помочь?
"Ты ведь и так знаешь", - почти шепотом отвечала Луна. - "Как и знаешь, что помочь уже никак нельзя".
- Тогда хотя бы побудь здесь со мной до утра, - так же тихо отозвался ей Кот. - А я промурлычу тебе колыбельную, и, возможно, твоя ноша станет хотя бы немного не такой неподъемной.
Луна лишь молча кивнула. Она устало присела на край подоконника, залив его своим бледным, уже тускнеющим светом. Кот лег рядом, свернув длинный хвост вокруг неровного серпа, и тихо, едва слышно начал мурлыкать.
Над Городом медленно занимался рассвет.

@темы: кот разговаривает, кот отдыхает, кот думает